Если бы не Ты,
Не видать мне Света,
Радости и счастья не видать.
Если бы не Ты,
Не мечтать об этом,
И о Царстве Божьем не мечтать.
Если бы не Ты,
Когда сердце в ранах,
Пластырь не положил бы на них.
Если бы не Ты,
Мне родной и близкий,
Не узнал, что существуешь Ты.
Если бы не Ты,
Не видать мне жизни,
Жизни той, которую даешь,
Если бы не Ты,
Мне б не спеть ту песню,
Песню ту, что к вечности ведет.
Ну, а так живу я,
В радости иль в горе,
На Тебя надеясь,
Веруя в Тебя,
Ты Один; великий,
Сильный, справедливый,
Ты Один способный,
Увести меня.
Увести на веки,
Там, где дом родимый,
Где земля вся пышит,
Духом жизни той,
Где живут и дышат,
Любят, видят, слышат,
Где живут творенья,
Лишь одним – Тобой.
Ты Один – Единый,
Лишь в Тебе спасенье,
Лишь в Тебе надежда,
Счастье жизни той.
Быть с Тобой хочу я,
Дорогой мой Боже,
Лишь Тебя я славлю,
Склоняясь пред Тобой!
Александра,
Башкортостан, Уфа
Прекрасная писательница
Прочитано 7576 раз. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Феноменология смеха - 2 - Михаил Пушкарский Надеюсь, что удалось достичь четкости формулировок, психологической ясности и содержательности.
В комментарии хотелось бы поделиться мыслью, которая пришла автору вдогонку, как бонус за энтузиазм.
\\\"Относительно «интеллектуального» юмора, чудачество может быть смешным лишь через инстинкт и эмоцию игрового поведения.
Но… поскольку в человеческом обществе игровое поведение – это признак цивилизации и культуры, это нормальный и необходимый жизненный (психический) тонус человека, то здесь очень важно отметить, что «игра» (эмоция игрового поведения) всегда обуславливает юмористическое восприятие, каким бы интеллектуальным и тонким оно не было. Разве что, чувство (и сам инстинкт игрового поведения) здесь находится под управлением разума, но при любой возможности явить шутку, игровое поведение растормаживается и наполняет чувство настолько, насколько юмористическая ситуация это позволяет. И это одна из главных причин, без которой объяснение юмористического феномена будет по праву оставлять ощущение неполноты.
Более того, можно добавить, что присущее «вольное чудачество» примитивного игрового поведения здесь «интеллектуализируется» в гротескную импровизацию, но также, в адекватном отношении «игры» и «разума». Например, герой одного фильма возвратился с войны и встретился с товарищем. Они, радуясь друг другу, беседуют и шутят.
– Джек! - спрашивает товарищ – ты где потерял ногу?
- Да вот – тот отвечает – утром проснулся, а её уже нет.
В данном диалоге нет умного, тонкого или искрометного юмора. Но он здесь и не обязателен. Здесь атмосфера радости встречи, где главным является духовное переживание и побочно ненавязчивое игровое поведение. А также, нежелание отвечать на данный вопрос культурно парирует его в юморе. И то, что может восприниматься нелепо и абсурдно при серьёзном отношении, будет адекватно (и даже интересно) при игровом (гротеск - это интеллектуальное чудачество)\\\".
